Глава института «Реакомп» - о профподготовке незрячих людей и тифлокомментировании

Прослушать публикацию

Профессиональной подготовкой руководителей и специалистов в системе Всероссийского общества слепых занимается единственный в России Институт профессиональной реабилитации и подготовки персонала ВОС «Реакомп». Это базовое учреждение Всероссийского общества слепых по научно-методической работе использует новейший опыт и достижения в области информационных технологий и комплексной реабилитации людей с инвалидностью по зрению. Именно этот принцип с самого начала лег в основу девиза и практической работы института - «Реабилитация и компьютер» (отсюда и название «Реакомп»). Пройти обучение в институте могут слушатели с нарушением зрения и без него, хотя ряд образовательных курсов рекомендован именно незрячим и слабовидящим людям, желающим проявить себя в управленческой структуре общества слепых. Кандидат педагогических наук, генеральный директор института «Реакомп» Сергей Николаевич Ваньшин рассказал порталу «Особый взгляд» о том, как организовано обучение слушателей с нарушением зрения, каким образом они могут применить полученные знания, что такое тифлокомментирование и как ведется подготовка тифлокомментаторов и музейных работников, адаптирующих экспозиции для посетителей с инвалидностью.

— В институте «Реакомп» обучение осуществляется по нескольким направлениям, многие из которых рекомендованы к освоению именно незрячим людям. Какого рода знания они могут получить в институте? Почему появилась необходимость создания образовательного учреждения, ориентированного на работу с людьми, имеющими нарушение зрения?

— По существу предшественниками института «Реакомп» стали Институт повышения квалификации руководящих работников ВОС и компьютерный центр, которые были переформированы в новую структуру, исходя из оптимизации рабочего процесса и экономических соображений. К концу 90-х годов стало понятно, что Институт повышения квалификации по своему укладу слишком дорог, а по схеме работы слишком неэффективен. Остро стоял и во многом до сих пор стоит вопрос о необходимости оказания помощи инвалидам по зрению в приобретении дополнительных навыков и знаний, которые были бы им полезны в период адаптации в современном политико-экономическом пространстве, а также в процессе поиска работы и ее эффективного выполнения. Институт повышения квалификации имел кафедральную систему, то есть в его структуре надлежало иметь кафедры и профессорско-преподавательский состав. В институте «Реакомп» такой профессорско- педагогический состав был частично сохранен, а учебные программы разработаны заново, исходя из требований к уровню образования кадров ВОС.

В отношении набора слушателей было решено сделать акцент на незрячих членах нашего общества с активной жизненной позицией, проявивших себя как энтузиасты, а также имеющих высшее, среднее специальное образование или являющихся студентами старших курсов вузов. Чаще всего на обучение приглашаются люди от 25 до 45 лет. Но если человек, даже старше 45 лет, ярко себя проявляет, может быть, уже работает в управлении ВОС, но чувствует потребность в получении дополнительных знаний, его возраст не станет препятствием к этому.

Сегодня сроки обучения изменились, и это связано с тем, что отпала необходимость давать слушателям базовые знания, в том числе знания компьютерных технологий. В институте была разработана новая схема образовательной деятельности, в рамках которой подготовка кадрового резерва (менеджеров) ВОС происходит в три этапа, первый из которых длится 35 дней, второй - 14 дней, третий - до пяти дней. Путем дистанционного профтестирования и серьезного собеседования с психологом из среды инвалидов по зрению выявляются мотивированные люди с высоким потенциалом, которые могут быть лидерами, руководителями в структуре общества и приглашаются на первый этап обучения. Во время занятий они получают основы юридических, бухгалтерских знаний, знакомятся с тифлопсихологией, корпоративной этикой, осваивают навыки стрессоустойчивости. Важно, чтобы слушатели учились осознанно, понимали ценность получаемых знаний и были готовы использовать их на практике.

Завершая первый этап обучения, они знают, что на следующий этап будут приглашены не все. Чтобы получить приглашение на второй этап, учащимся необходимо подтвердить результативность своей деятельности, активность, уровень компетенции, прислав разного рода подтверждения: проекты, отчеты или отзывы от председателей первичных организаций ВОС о достойно проведенных мероприятиях. На основе этого сотрудники института понимают, что человек, прошедший первый этап обучения, проявляет лидерские качества, активно включается в работу общества слепых, приносит пользу членам общества, и приглашают его на второй образовательный этап.

На втором этапе обучения, как правило, более глубоко изучаются все те же дисциплины, а также разрабатываются и готовятся проекты. Эти проекты должны иметь практическое значение, принося определенную пользу в той зоне, где трудятся их разработчики. Мы учим слушателей проводить мониторинг - осматриваться вокруг себя и выявлять актуальные проблемы общества, которые требуют решения, ставить цели и придумывать «дорожную карту», то есть путь достижения целей, определять тех, кто и как будет этих целей достигать. Сотрудники института оценивают значение и актуальность проектов, а также реальную возможность их реализации и на основании этих оценок приглашают слушателей второго этапа обучения на третий этап.

На третьем образовательном этапе происходит защита проекта и итоговая аттестация, после которой выпускники получают документ о дополнительном образовании в управленческой сфере, утвержденный по форме государственного образца. На этих людей обращают внимание руководящие кадры ВОС, могут использовать их потенциал для укрепления нашего общества.

На фото: за столом сидит Сергей Николаевич Ваньшин, слева от него стоит Ольга Павловна Ваньшина, соавтор концепции тифлокомментирования.

Тифлокомментарий: цветная фотография. Учебная аудитория во время занятия. За столом преподавателя сидит Сергей Николаевич Ваньшин и читает бумаги на Брайле. Рядом стоит женщина в черном платье, красном джемпере, с короткими темными волосами. Она говорит и жестикулирует. Это Ольга Павловна Ваньшина, соавтор концепции тифлокомментирования. В аудитории за длинными столами сидят мужчины и женщины, все смотрят на экран.

- Какие перспективы трудоустройства появляются у слушателей, прошедших все три этапа обучения?

- Сегодня никаких гарантий трудоустройства нет и спрогнозировать, когда освободится место в системе управления общества слепых, невозможно. Но для того, чтобы применить полученные посредством обучения знания, совсем необязательно занять какую-либо должность. Одно время мы заметили, что среди слушателей стали появляться люди, которые говорили так: «Дайте мне стол с телефоном и личный автомобиль с водителем, и тогда я решу все вопросы». После этого мы активизировали процесс профотбора, применили компьютерную программу, которая позволила эффективно оценивать потенциал слушателей еще на доучебном этапе. Прежде те, кто планировал получить дополнительное образование, приезжали в институт на три дня, в течение которых мы знакомились с ними, старались понять их мотивацию и степень активности. Дорога, проживание и питание оплачивались, так что разработанная компьютерная программа, позволяющая проводить профтестирование дистанционно, сделала этот процесс не только эффективнее, но и дешевле. Надо заметить, что за последние три года обучение стало намного результативней, активность на занятиях - выше, а представляемые проекты - интереснее.

На самом деле, проявить себя как лидер и руководитель можно и на общественных началах, но, если освобождается руководящая должность, у «выпускника с дипломом» появляется реальная возможность стать ответственным работником, Не секрет, что в наших региональных обществах слепых заработную плату получают только председатель и его секретарь, остальные активисты трудятся на общественных началах.

Найти работу на открытом рынке труда наиболее тяжело именно слепым людям, главным образом потому, что практически любой труд требует визуального контроля. В связи с этим мне вспоминается Всемирная реабилитационная выставка, регулярно проводимая в Дюссельдорфе. В 1995 году она расположилась в 11 павильонах, размерами превышающих павильоны ВДНХ в Москве. На выставке были представлены специализированная бытовая техника, силовые приборы, разнообразные компьютерные тренинги для глухих, для колясочников, для людей с ментальными нарушениями. В двух огромных павильонах были продемонстрированы экспонаты для слепых посетителей, и, в отличии от остальной экспозиции, 90 процентов из них посвящались трудоустройству людей с инвалидностью по зрению. В Германии уже 20-30 лет назад понимали серьезность этой проблемы и предлагали решать ее посредством компьютерных технологий. Мы согласны с этим.

Вопросом трудоустройства могут заниматься в том числе и местные организации общества слепых. Незрячий человек, ищущий работу, должен не только быть достойным специалистом, но и хорошо ориентироваться в пространстве, а также легко справляться со всеми бытовыми задачами. В этой связи институтом «Реакомп» разработана пятиступенчатая модель реабилитации инвалидов по зрению, получившая высокую оценку министров Зурабова и Голиковой. По разным причинам эта модель не была до конца реализована, но не утратила своей актуальности. Слепые люди проходят реабилитацию в течение трех месяцев в Волоколамске или Бийске, но происходит это в отрыве от их реального места проживания. Наша идея заключается в необходимости модернизации этой системы, передачи значительной части процесса реабилитации слепых людей местным организациям ВОС.

Специалисты местной организации ВОС могли бы обучать незрячего человека ходить в свою поликлинику, в свой магазин, в свое отделение банка, в свой дом культуры и на остановку нужного ему общественного транспорта. Его необходимо учить обслуживать себя именно в своем доме, готовить на своей плите.

Программа постепенно подготавливает человека к выходу на открытый рынок труда. Ее пятая ступень предусматривает умение писать резюме, представлять себя в кадровом агентстве или на собеседовании, конкурируя со зрячими соискателями. Незрячему человеку надо понимать, что за свое трудоустройство он обязан брать ответственность на себя. Никто не обязан и не будет искать за него работу, проходить собеседования, убеждать работодателя в трудоспособности инвалидов. Когда ты сам все можешь делать, чувствуешь себя свободнее, и гораздо чаще окружающие сами предлагают тебе помощь.

Предполагалось, что для реализации этой пятиступенчатой схемы реабилитации слепых людей отделения ВОС будут заключать договоры со службами социальной защиты, на основании которых и станут проводить реабилитационные мероприятия на местах. Государство берет на себя ответственность за реабилитацию инвалидов, закладывает на этот процесс определенные средства, и предлагаемая нами схема могла бы существенно удешевить и сделать этот процесс более эффективным. Но готовности перейти на этот вариант пока нет, хотя он интересен с точки зрения реабилитации инвалидов всех категорий.

Тифлокомментарий: цветная фотография. Групповое фото в коридоре института «Реакомп». Мужчины и женщины - всего 25 человек - стоят в два ряда, четверо сидят на стульях впереди. Каждый держит в руках красный диплом, один из людей поднял руку с дипломом вверх. В центре группы стоит Сергей Николаевич Ваньшин. Позади группы на стенах висят информационные стенды.

Кроме этого, сегодня для успешного трудоустройства незрячему человеку нужно хорошо владеть компьютером, и наш институт позволяет ему пройти обучение в рамках освоения информационных технологий. В процессе реабилитации мы всегда отвадили огромную роль компьютеру, и именно поэтому название «Реакомп» состоит из двух слов: реабилитация и компьютер.

Уже в 1995 году предшественником института «Реакомп» центром компьютерных технологий были созданы первые в восточной Европе и СНГ специальные оборудованные компьютерами рабочие места в системе компании «Аэрофлот», и на протяжении нескольких лет от двух до шести незрячих сотрудников успешно выполняли обязанности операторов справочной службы. В период с 1997 по 2001 год уже институт «Реакомп», продолжая деятельность по созданию специальных рабочих мест, помог около 70 незрячих людей (в том числе двум-трем слепоглухим) устроиться на работу в 50 организаций. Это были наши первые положительные опыты так называемого инклюзивного трудоустройства. Они стали возможными благодаря разработанному и реализуемому нами методу, в рамках которого трудоустройством инвалида по зрению занималась одна организация - ее сотрудники производили отбор незрячих людей, по-настоящему мотивированных на работу, искали работодателей, проводили их переговоры и занимались адаптацией сотрудника к коллективу и созданием для него специализированного рабочего места: подбирали оборудование, адаптировали программное обеспечение, решали все возникающие технические задачи. В период работы наша организация обеспечивала незрячему сотруднику все три варианта сопровождения: юридическое, психологическое и техническое. И было совершенно очевидно, что слепой человек может работать везде, где стоит компьютер, только его адаптация требует специальных мер.

Проблема инклюзивного трудоустройства начала решаться, мы по праву этим гордились, и даже были удостоены награды - золотого Знака качества «Российская марка». Но, к сожалению, сегодня в государственной структуре работает немало индифферентных чиновников, которые не готовы трансформировать устоявшуюся систему реабилитации и трудоустройства инвалидов, в том числе учитывая наш положительный опыт передачи вопроса их устройства на работу в ведение одной организации.

В связи с этим институт занялся другими направлениями, напрямую не связанными с трудоустройством слепых людей, но непосредственно способствующими этому. К таким направлениям можно отнести обучение работе с компьютером, которое также проходит в три этапа. На первом этапе слушатели получают представление о том, что такое компьютер и осваивают десятипальцевый «слепой» метод набора текста, на втором - базовом - знакомятся с основными программами и становятся профессиональными операторами, на третьем - учатся работать со специальными программами, необходимыми им в конкретном случае трудоустройства. Учебный план этого курса может меняться в зависимости от потребностей учащихся и общих тенденций в мире компьютерных технологий. К примеру, еще несколько лет назад ориентироваться в интернет-пространстве студенты учились в рамках третьего этапа, а сегодня это часть базовой программы.

Кроме того, в этом году мы планируем начать обучение специалистов, которые будут помогать пожилым людям осваивать современные технологии. Бабушкам и дедушкам трудно научиться вести электронную переписку, пользоваться банковскими картами, терминалами, сенсорными телефонами, следить за электронной очередью на получение путевки или совершать покупки в интернет-магазине, а между тем, все это часть нашей современной жизни. Подготовка специалистов, которые будут помогать пожилым людям осваивать современные технологии, наверняка решит эту проблему даже в регионах.

- В институте проходят обучение и люди без инвалидности по зрению, в том числе по курсу подготовки тифлокомментаторов Расскажите об этом направлении вашей работы: что такое тифлокомментирование и каковы перспективы его развития?

— В последнее время о тифлокомментировании стали говорить часто, хотя в сущности разбираются в нем немногие. Вопросами тифлокомментирования мы занялись в 2002 году, и семь лет это никому, кроме нас, не было интересно. Все это время мы потратили на то, чтобы чиновники хотя бы обратили внимание на значение и роль тифлокомментария в реализации права незрячих и слабовидящих людей на получение информации. Наконец, в 2010-2011 годах при поддержки департамента социальной защиты населения города Москвы в рамках мероприятий по социальной интеграции инвалидов и других лиц с ограничениями жизнедеятельности мы впервые в России разработали концепцию тифлокомментирования, которая легла в основу опубликованной при содействии ИПТК «Логос ВОС» книги «Тифлокомментирование, или словесное описание для слепых. Инструктивно- методическое пособие». После этого нами были разработаны программа и учебно-тематический план курса подготовки профессиональных тифлокомментаторов, оформлена лицензия на образовательную деятельность в данном направлении и проведено обучение первых в России профессиональных тифлокомментаторов.

Мы понимали, что вопросы тифлокомментирования надо решать системно, комплексно, учитывая необходимость реализации законного права слепых и слабовидящих людей на информационное обеспечение, предусмотренное статьей 14 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», положениями конвенции «О правах инвалидов», принятой Генеральной Ассамблеей ООН и ратифицированной Государственной думой РФ 3 мая 2012 года, а также обязательное соблюдение авторских прав. Но, к сожалению, в период нашей работы над содержанием приказа министерства культуры Российской Федерации об утверждении требований к тифлокомментированию вмешались другие люди, которые определяют понятие тифлокомментирования только применительно к кинематографии. А между тем, тифлокомментирование - это лаконичное описание предмета, пространства или действия, не понятных слепому или слабовидящему без специальных словесных объяснений. Любое другое определение сужает понятие тифлокомментирования. Так, аудиодескрипция предполагает только звуковое описания, в то время как на самом деле тифлокомментарий может быть записан на бумаге. Тифлокомментарий не может существовать только для кино, он необходим незрячим людям в цирке, в театре, на концерте, в музее, на спортивном состязании, на показе мод и в интернете.

Благодаря нашей работе и инициативе отдельных энтузиастов сегодня уже многие люди знают о существовании тифлокомментирования и начинают воспринимать его как необходимую услугу культурно-социальной значимости. Выпускница наших курсов подготовки тифлокомментаторов Ирина Безрукова стала инициатором и активным деятелем по внедрению услуги тифлокомментирования в Московском губернском театре, который, на наш взгляд, является максимально приближенным к норме с точки зрения доступности для слепых посетителей. При поддержке Фонда Алишера Усманова «Искусство, наука и спорт» и другие театры стали предлагать зрителям с инвалидностью по зрению услугу тифлокомментирования ряда своих репертуарных спектаклей. Именно поэтому тифлокомментатор должен быть универсалом, способным сделать правильный тифлокомментарий к любому мероприятию.

На самом деле, три-четыре тифлокомментатора, комплект оборудования и автомобиль с шофером помогут решить проблему доступности социальных, культурных, спортивных и других событий для незрячих людей в целом регионе. За месяц можно было бы планировать число и состав мероприятий, требующих тифлокомментирования, и осуществлять его посредством такой вот выездной бригады тифлокомментаторов. В любом случае это было бы гораздо дешевле, чем тотальная установка дорогостоящего оборудования в кинотеатрах, включая те, куда, может быть, даже никогда не ступит нога слепого человека. А при выборе мероприятий, требующих тифлокомментария, нужно учитывать и места их проведения, которые должны быть доступны для самостоятельного посещения незрячими людьми. Это позволит слепому человеку почувствовать себя независимым: он сможет самостоятельно добраться до театра, кинотеатра, концертного зала, клуба, купить билет, даже пригласить зрячую девушку и вместе с ней получать удовольствие от культурного события. Раньше мы даже не могли мечтать об этом.

Тифлокомментарий: цветная фотография. Учебная аудитория во время занятия. На одной из стен висит экран, рядом стоит стол и стул. У стола сидит женщина в инвалидной коляске. Перед столом стоит Сергей Николаевич Ваньшин в костюме и с тростью и держит под руку девушку. Перед ними за длинными партами сидят мужчины и женщины, они смотрят на Сергея Николаевича с девушкой. На партах лежит бумаги, ручки, стоят бутылки с водой и стаканчики с кофе.

— В институте проходят обучение и музейные сотрудники, которые хотят создать доступную среду и доброжелательную обстановку для людей с нарушением зрения. Как появилось это направление обучения и почему лично вас оно заинтересовало?

— Я всегда любил музеи. Во время путешествий, в том числе и заграничных, вместе с супругой мы обязательно посещаем самые разные экспозиции. Я реабилитолог, а Ольга Павловна - музейный работник, и вопрос доступности музеев всегда нас интересовал. Супруга описывала мне экспонаты в тех музеях, где их нельзя было трогать руками. Она делала фотографии экспонатов, доступных для тактильного ознакомления, их макетов и этикеток с описаниями шрифтом Брайля. Благодаря этому у нас собралась большая коллекция фотографий, иллюстрирующих варианты адаптации выставочного пространства для слепых посетителей.

В России о необходимости сделать музеи ближе незрячим и слабовидящим людям мы начали говорить уже более 20 лет назад. Но чиновники, как всегда, не предавали значения этой проблеме, искренне удивляясь тому, что даже в Лувре слепые посетители могли трогать руками экспонаты. Воплотить в жизнь нашу идею создания доступной среды в экспозиционном пространстве согласилась только директор Дарвиновского музея, где работает Ольга Павловна. Мы говорили ей, что уже через два-три года тема доступности музеев станет популярной, получит финансовую поддержку, а Дарвиновский музей к этому времени уже будет адаптированной площадкой, которая послужит примером для других музеев. Спустя некоторое время директор попала в аварию и была вынуждена передвигаться в инвалидном кресле-коляске. По этой причине в Дарвиновском музее появились и технический пандус, и поручни, и просторный туалет. Мы понимали, что в России добиться каких-то результатов можно, только продемонстрировав на практике, как на самом деле может выглядеть проект, о котором идет речь. В итоге Дарвиновский музей получился самым доступным, наиболее приспособленным для посетителей с любой формой инвалидности. Туда с удовольствием стали приходить и слепые, и глухие, и люди, передвигающиеся на инвалидных креслах-колясках. Заботиться только о посетителях с какой-то определенной нозологией было бы несправедливо.

Удачная попытка создания доступной среды в Дарвиновском музее была замечена и оценена многими чиновниками и социальными активистами. Следуя этому примеру, и другие музеи сначала Москвы и Санкт-Петербурга, а затем и провинциальных городов России начали работать над адаптацией экспозиционного пространства для посетителей с инвалидностью. Нами были организованы первые конференции, в рамках которых музеи делились своим опытом создания доступной среды. Мы понимали, что главной проблемой остается отсутствие доступа к постоянным экспозициям музеев и очень хотели, чтобы она была решена.

Долгое время мы могли только агитировать музеи создавать доступную среду для посетителей с инвалидностью, но, начиная с момента вступления в силу Федерального закона №419 о внесении изменений в законодательство России в связи с ратификацией Конвенции о правах инвалидов, все стало проще. Статья 6 вносит изменения в Закон №54 о музейных коллекциях и музеев РФ, которые регламентируют доступность музейных предметов и музейных коллекций, то есть основной экспозиции, инвалидам всех нозологий. Во исполнение закона Министерством культуры Российской Федерации был выпущен приказ №2803 «Об утверждении порядка обеспечения условий доступности для инвалидов музеев, включая возможность ознакомления с музейными предметами и музейными коллекциями в соответствии с законодательством Российской Федерации о социальной защите инвалидов» . Адаптация музейных экспозиций стала обязанностью музеев. Но для того, чтобы этот приказ увидел свет, нами была проделана серьезная работа: проведение круглых столов, семинаров и конференций, подготовка и публикация методического пособия «Социокультурная реабилитация инвалидов музейными средствами», получение лицензии и начало обучения музейных работников по программе «Специалист по реабилитации инвалидов музейными средствами и доступной среде в музеях». Многое зависело от энтузиазма музейных сотрудников среднего звена, в то время как иногда их руководители не только не поддерживали, но даже запрещали проводить адаптацию музейных программ, ссылаясь на недостаточное финансирование. Теперь развитие доступности экспозиционного пространства регламентировано законом, и все стало гораздо проще.

В период обучения музейных сотрудников мы стараемся дать им как можно больше практической информации: делимся накопленным во время зарубежных и российских поездок опытом, приводим конкретные примеры адаптации музейных экспозиций, знакомим с карточками и этикетками, напечатанными шрифтом Брайля, с рельефными схемами и удобными лифтами, рассказываем о том, как проводить экскурсии, как приспособить экспозицию для удобного осмотра инвалидами разных категорий. Мы стараемся донести до слушателей основную мысль, связанную с тем, что доступность музея не должна носить формальный характер. Учитывать надо многое: к примеру, для того чтобы участие в экскурсии незрячих, глухих и слепоглухих посетителей было комфортным и познавательным, необходимо соблюдать количественный регламент. А для того чтобы слепые люди могли получить представление об экспозиции музея, иногда достаточно во время экскурсии показать им три-четыре тактильных экспоната. Но если в экспозиции десять разделов, то таких экспонатов должно быть не менее 30-40. Обязанность создавать адаптированные музейные программы не должна становиться возможностью просто заработать деньги. Например, как в случае привлечения инвалидов в музей развлечениями, чаепитием или танцами, по результатам которых собирается большое число положительных отзывов. Подобные мероприятия можно проводить в кафе, но музею необходимо оставаться музеем, предоставляющим доступ к своим сокровищам абсолютно всем посетителям.

Музей становится инклюзивным - это модное слово заменило реабилитологию, сегодня инклюзией называют все подряд. Говоря об инклюзивности экспозиционных пространств, подразумевают, что слепых людей, наконец-то, вытащили в музей, но на самом деле они ходят туда уже десятки лет. Некоторые музеи реализуют «инклюзивные программы», но не предоставляют незрячим посетителям возможность познакомиться с основными фондами, а ведь это самое главное. Такие музейщики полагают, что работать с инвалидами просто, не считают нужным обращаться за помощью и советом к реабилитологам и дефектологам, а подобная позиция часто приводит к ошибкам. Мы на всех занятиях об этом говорим: опыт и знания реабилитологов необходимы при организации любой работы с инвалидами.


Поделиться публикацией:

Блок с фотографиями из Instagram

Хотели бы Вы получать нашу еженедельную рассылку?

Предпочитаемый формат
Система Orphus