Люди: Людмила Высоцкая

Текст: Игорь Михайлов
Фото: на фото Людмила Высоцкая
Прослушать публикацию

Тифлокомментарий: цветная фотография. Теплый осенний день. Погрудный портрет женщины средних лет. Она опирается руками на картинную раму золотого цвета. Правая кисть изящно приставлена к подбородку. Короткие светло-русые волосы элегантно уложены, лицо округлое, лоб высокий, брови домиком. У нее естественный макияж, легкий румянец и мягкая улыбка. Это Людмила Высоцкая. На ней белая рубашка с длинным рукавом с мелким черным принтом и крупные серьги из янтарных пластин с неровным краем.

В мартовском номере журнала ВОС «Наша жизнь» вышла статья Игоря Михайлова о Людмиле Высоцкой - одной из лучших мастеров по янтарю Калининградской области. Несмотря на слабое зрение, Людмила 20 лет трудилась на комбинате в поселке Янтарный, где для нее открыли авторскую мастерскую, а потом переехала в столицу области и продолжила работать как индивидуальный мастер. В последнее время она проводила мастер-классы в разных городах России, в том числе в рамках Олимпиады в Сочи и ЧМ-2018 по футболу, и учила секретам профессии двух незрячих калининградцев. А еще Людмила член Союза художников и женщина года в номинации «Хранительница народных ремесел» (2014). «Особый взгляд» публикует историю Людмилы и благодарит партнеров за предоставленные текст и фотографии.

Родилась я под Калининградом, в поселке Янтарный. Училась в обычной школе, хотя с самого детства имела проблемы со зрением, а сейчас на одном глазу оно упало практически до нуля. Сколько помню, я всегда очень переживала, что могу полностью ослепнуть, а потому с детства старалась готовить себя к жизни на ощупь. Я закрывала глаза и все обыденные действия пыталась совершать без помощи зрения.

В 1991 году, когда я на свой страх и риск пошла камнерезом на янтарный комбинат, я тоже старалась обрабатывать самоцветы не глядя. Сперва при работе я лишь изредка закрывала глаза, спустя время это потихоньку вошло в привычку, а потом стало вполне естественным. Здесь все дело в понимании, под каким углом нужно ставить руки и заготовку относительно станков. Однажды я болтала с коллегой по цеху, при этом нарезая фактурную шкуру янтарному слону. Помню, как она воскликнула: «Люда, пожалуйста, осторожнее, ты же работаешь не глядя!» С годами это окончательно вошло в привычку, и коллеги перестали обращать на меня особое внимание.

В 2003 году у нас на комбинате поменялась руководство. Поскольку на тот момент я уже была ведущим мастером, мне предложили работать в специально созданной авторской мастерской. Разумеется, как мастер, я и мечтать о большем не могла. На этом месте во всем комбинате только мне было позволено обрабатывать уникальные двухкилограммовые самородки. Таким образом я и творила до 2011 года, пока не переехала в Калининград. Там я стала трудиться с другими резчиками в частной мастерской, а года три назад и вовсе начала вырезать поделки в качестве индивидуального специалиста.

За годы профессиональной деятельности я обрела некую известность. Наверное, поэтому именно меня отправили представлять Калининградскую область на Олимпиаду в Сочи. В одном из павильонов я выступала на мастер-классах, целыми днями вырезая иностранцам и соотечественникам сувениры так усердно, что даже сожгла свою бормашину. А с 2015 года меня привлекли к организации предстоящего Чемпионата мира по футболу. Я активно ездила по городам России все с теми же мастер-классами. Была даже в резиденции Владимира Путина в Санкт-Петербурге и на финальной жеребьевке футбольных команд в Кремле. К слову, именно в Москве я вырезала и подарила медальон президенту FIFA Джанни Инфантино.

Тифлокомментарий: цветная фотография. Мастер-класс. Группа людей склонилась над серым столом, на котором лежит панно из мелких кусочков янтаря в виде карты Калининградской области, поделенной на городские округа. На каждом из них лежит белая бумажная полоска с названием округа. Поверх изделия стоят прозрачный контейнер и пластиковые тарелки с кусочками янтаря разных оттенков от золотого до зеленого. Четыре девочки берут оттуда камни, прикладывают к карте. На столе также тюбики с клеем, тарелки с янтарем, мобильный телефон в серебристом корпусе.

Так уж сложилось, что именно на одном из мастер-классов, проходившем во время мундиаля, я впервые публично продемонстрировала гостям умение работать вслепую. Властями города была организована так называемая «Всемирная неделя янтаря», где мы с детьми из творческих центров делали янтарную карту Калининградской области. Я принесла туда тяжелую настольную циркулярку, на которой с завязанными глазами стала нарезать янтарь. Со стороны это выглядело очень эффектно, а потому окружающие проявили к действу большой интерес. Я решила сделать подобные шоу хорошей традицией и на своих мастер-классах стала демонстрировать это на постоянной основе.

И вот на очередном мероприятии ко мне подошел незрячий посетитель Петр Матков и проявил к умению работать по камню вслепую самый неподдельный интерес. Сопровождающие еле-еле оттащили его от меня, настолько он оказался заинтересован. Учитывая, что здоровые люди не хотят идти в нашу тяжелую профессию, его энтузиазм пролил мне бальзам на сердце. Я дала ему визитку, и спустя несколько дней он посетил мою мастерскую. Я стала вводить его в курс дела.

В скором времени к нему присоединился Дмитрий Васильев. Желание этого человека работать по янтарю меня удивило еще больше. Если Петр социально активный массажист, то у Дмитрия в физиологическом и психологическом плане дела обстоят гораздо хуже. Мало того, что он тотально незрячий, имеет сахарный диабет и нефункционирующие почки, так еще у него недавно умерла жена, и теперь он один воспитывает двух дочек.

Разумеется, поначалу моим ученикам надо было все подробно объяснять, давать ощупывать инструменты, сопровождать по мастерской и даже встречать на улице. Но потом я сказала, что они станут полезны мне и себе только тогда, когда перестанут нуждаться в моей опеке. И теперь они приходят сами, садятся за рабочее место, знают, где лежат все инструменты, встают к станку, включают его, шлифуют янтарь, меняют полировку и так далее.

Примечательно, что Дима всю жизнь работал мебельным мастером, но 10 лет назад, после того как ослеп, практически перестал что-либо делать и чем-либо интересоваться. Такая пассивность привела к тому, что у него чрезвычайно ослабла мелкая моторика, и совершать на ощупь какую-либо работу ему крайне тяжело. Но с каждым разом чувствительность возвращается, чему мы с ним радуемся, как дети. Сперва он начинал с выполнения самых простых заданий, а сейчас я уже доверяю ему работать на шлифовальном станке и даже за бормашиной. Правда, иногда случаются моменты, которые мы стараемся воспринимать с юмором. Например, когда я замечаю, что Дима полирует изделие не той стороной шлифовальной бумаги.

Петру тоже понадобилось время, чтобы освоиться, но в целом обучать его мне было несколько легче. На данный момент он работает над партией в несколько десятков браслетов из янтаря и меди, часть которой он хочет подарить, а часть, по возможности, продать. От начала до конца без моей помощи они оба уже делают кулоны, подставки, кувшинчики и браслеты, причем некоторые свои работы уже продали на выставках.

Тифлокомментарий: цветная фотография. Мастерская. На стуле сидит худощавый мужчина средних лет в серо-зеленых брюках, футболке и светлом фартуке. Лицо округлое, короткие пепельно-русые волосы зачесаны назад. Он добродушно улыбается и держит в руках ножницы и лист наждачной бумаги. На бедрах лежит заготовка из неотполированного янтаря. Стены оклеены бежевыми обоями, на полу пыльный линолеум. На стене висит самодельная полка, заставленная предметами. У стены стоят ведра, контейнеры и кресло.

Я восхищена этими людьми! На мой взгляд, они совершают самый настоящий подвиг, и от них я сама учусь жить. Хотя, конечно, далеко не всю работу я доверяю своим подопечным. Для обработки янтаря используется большое количество станков: фрезеровочные, шлифовальные, распилочные, бормашины и пр. Те, на которых работаю именно я, переделаны и усилены моими друзьями-слесарями, а оттого вдвойне опасны. К сожалению, пока мои подопечные работают на тех же станках, что и я. Но мы, как самые настоящие инженеры, уже сооружаем - правда, пока только в голове - станки, адаптированные для незрячих. У них должны быть слабые обороты, а главное - деревянные подлокотники, на которых можно будет удобно зафиксировать руки, что сделает вероятность получения травмы ничтожной.

Лично я, если изредка и травмирую пальцы, то исключительно из-за невнимательности, а не по причине слабого зрения. Если слепой человек все будет делать спокойно, аккуратно, не суетясь, со знанием дела, то он вполне может обрабатывать камень, не рискуя что-нибудь себе отрезать.

Глядя на моих ребят, я укрепляюсь в желании открыть полноценные курсы для незрячих, благо что в этом направлении уже имеются подвижки. В Калининграде есть сеть супермаркетов SPAR, с директором которой - Олегом Борисовичем Пономаревым - у меня сложились замечательные отношения. Специально для моих незрячих подмастерьев он приобрел настольный режущий станок, бормашину и множество иных необходимых мелочей. А так как ребята стараются, есть идея продавать через SPAR их работы, дав им тем самым возможность зарабатывать. Если продажи пойдут, можно будет даже создать целый цех.

Я заметила, что у некоторых незрячих людей имеется мощная тяга к жизни, которой не обладают здоровые люди. Мне это сильно импонирует, а потому хочется верить, что в скором времени профессия резчика по камню станет новым популярным видом деятельности для людей с инвалидностью по зрению.


Если вы хотите поделиться своей историей, пишите на people@specialview.org.

Поделиться событием:

Блок с фотографиями из Instagram
Система Orphus